Королевство  - Джесс Ротенберг

Вскоре я добираюсь до Водоема Параллакс, где вразвалочку ходят и скользят по льду гибридные пингвины. Мой путь лежит через Бинарный Мост и водопад Аврора – высочайший и самый холодный водопад в мире, созданный человеком. Наконец, прямо за Ущельем Сателлитов я вижу свою цель.

Звездная обсерватория.

Высочайшая точка всего Королевства. Место, где в ясные ночи видимое пространство кажется безграничным. Вид простирается дальше горнолыжных шале и биосферных источников. Дальше Детского питомника Единорога, в котором Королевство выводит новые поколения, и Лисьей Тундры. Дальше северных огней и даже границ Волшебной Страны.

«Ева!» – зову я и осторожно, чтобы не упасть, поднимаюсь по ледяным ступенькам. Даже в линзах ночного видения перемещаться по обсерватории трудно – здесь нет ламп, которые могут засвечивать небо, мешая изучению звезд. Однако лунный свет помогает мне быстро выхватить из темноты силуэт Евы. От ее вида у меня перехватывает дыхание. Ева, Первая Волшебница, олицетворение совершенства, сейчас выглядит плачевно. Ее платье выпачкано грязью и порвано. Ее волосы спутаны и разметались по плечам. Она сидит, скрючившись в три погибели. «Что с тобой? – Мое дыхание превращается в пар от холода. – Ева, что ты здесь делаешь?»

«Я просто хотела посмотреть на звезды. – Она обессиленно наклоняется через освещенные звездами перила, и я слышу, что голос у нее дрожит. – Я хотела увидеть их, но они слишком далеко».

Молча я следую за ее взглядом через необъятные снежные просторы Страны Зимы… и дальше, за ее пределы. Дальше заснеженных склонов и тускло мерцающего Хрустального Шато, высоких замерзших стен Вольера Шерстистого Мамонта. Далеко на расстоянии я вижу окружную железную дорогу Стального Гиганта. Устремленные ввысь башни Замка Принцесс. Лепные изгороди в пышной растительности Лабиринта Единорога. Сегодня ночь такая ясная, что я могу видеть весь путь от вулкана Страны Палео до водохранилища, где, словно далекая одинокая планета, мерцает бледно-зеленый огонек.

Зеленый Свет.

«Мы не можем его видеть, правда? – шепчет Ева. – Мы никогда не узнаем правды».

Я знаю, о чем она говорит. У нас нет возможности узнать, правда ли то, что мы видели сегодня вечером в телефоне. Это – предел нашего познания.

«Где трудовые лагеря? – спрашивает Ева. – Где заградительные посты и трущобы? – мотает она головой. – Зачем они нам лгут?»

Лгать запрещено.

Лгать не принято.

«Я не знаю», – отвечаю я. Перед глазами стоят сверкающие города. Пляж на морском побережье удивительной красоты. Парки для катания на роликах и салоны красоты. Я продолжаю видеть мир за пределами нашего шлюза – безопасный, счастливый, свободный. Но не картинки лишают меня покоя больше всего.

Если картинки в телефоне – это правда… мои мысли переключаются на Каю и Инвесторов… тогда что еще может быть правдой?

Внезапно темноту прорезывает, словно острый нож, яркий луч света. Он мгновенно ослепляет нас, но я слышу звук приближающихся шагов – глухой скрипучий хруст ботинок. Когда мои линзы адаптировались, позади луча я вижу две фигуры, разглядывающие нас.

Охранники.

«Эй! – грубо окрикивает нас один из них. – Сейчас полдвенадцатого. Разве вам, девочки, в это время не нужно быть в своей спальне?»

Я вижу, как Ева сразу же переключается в Безопасный Режим. «Правда? – Она сладко улыбается и спокойно поправляет свою тиару. – О небо! Мы совершенно потеряли счет времени».

«Ана?»

При звуке второго голоса я вспыхиваю. Этот грубоватый тон и низкий тембр мне знаком. Я заслоняю лицо и двигаюсь к этому человеку, чтобы приглушить свет его фонарика. «Да?»

Раньше чем я успеваю что-либо сообразить, второй охранник бросается бежать через ступеньки к нам.

Это – не охранник.

Это – Оуэн.

«Что вы здесь делаете?» – спрашивает он, подбегая к нам, раскрасневшись и тяжело дыша.

Я потрясенно уставилась на него. Вопрос должен быть другим: Что он здесь делает? Я перевожу глаза с него на охранника. Неужели они отследили нас здесь по беспроводной карте?

Но почему?

«Мы любуемся звездами, – отвечает Ева совершенно спокойно. – Имитационные модели Сатурна и Венеры особенно впечатляюще выглядят в летнее время».

Из вентиляции в высоком потолке стеклянного купола дует холодный воздух, он беспокоит мою кожу, и я слегка дрожу. «Странно все это», – думаю я. Мои регуляторы, должно быть, отключились. Оуэн в мгновение ока сдергивает с себя куртку и укрывает ею мои плечи. Парка хранит тепло его тела. Я таращусь на него в полном потрясении. Неожиданно, несмотря на холод, я чувствую, что вся горю.

Это уже вторая куртка, которую он мне дает.

«Спасибо, – бормочу я. – Это очень любезно».

Я поднимаю глаза и вижу Еву – выражение ее лица мне трудно определить. Ее светло-карие глаза широко открыты и пристально смотрят на меня, уголки губ резко опущены вниз. Я сканирую свою базу данных выражений лица, но поиск не удается.

Злость? Пытаюсь догадаться. Зависть?

Сигнал беспроводной сети здесь, как и в лесу, слабый.

«Я устала, – заявляет Ева. Она поворачивается к охраннику постарше, который тоже присоединился к нам на звездной площадке, и хлопает ресницами. – Не будете ли вы так любезны, сэр, сопроводить меня домой, в Волшебную Страну?»

Лицо охранника, и без того красное от холода, приобретает еще более насыщенный малиновый оттенок. «Да. – Он смеется, словно не может поверить в свою удачу. – Буду рад».

«Ана, – Ева поворачивается ко мне, сверля взглядом. – Идешь?»

Я колеблюсь.

Волшебницы не запрограммированы иметь собственные желания. Но я не двигаюсь с места. Я хочу остаться здесь, с Оуэном.

«Я могу отвести тебя домой, – неожиданно предлагает Оуэн, когда его карие глаза встречаются с моими. – Мне все равно надо проверить пингвинов. Никаких проблем проводить потом тебя домой. – Он пожимает плечами. – Если хочешь».

Опять это слово. Хочешь. В моей грудной клетке бушует пожар.

Я поворачиваюсь к Еве. «Увидимся дома».

«Прекрасно! – улыбается она своей фирменной ослепительной улыбкой. – Увидимся!» И прежде чем я успеваю ей ответить, Ева с охранником исчезают под склоном, оставив меня и Оуэна одних под молчаливым звездным небом.

«Ана? – говорит он через мгновение. – Давай зай-дем внутрь. Я мерзну».

Я вспоминаю, что на мне его куртка. «Боже мой, мне так жаль!» Я хватаю его за руку и тяну к Арктическому домику, который находится совсем недалеко, ощущая в теле странную легкость, словно я могла бы, при желании, весь остаток пути парить вниз с горы.

Когда мы заходим в домик, я медлю, прежде чем отпустить его руку.